— Если бы я с ним не переспала, твою дерьмовую книжонку вообще никогда бы не напечатали.

Витольд стал белее мела.

Он поднял револьвер и выстрелил. Это заставило меня вскочить и кинуться прямо на ярко освещенную террасу. Хильке упала и закатила глаза, на ее зеленой блузке расплылось кровавое пятно.

Витольд сразу подскочил к ней, закричал, побежал к телефону, опять остановился, схватил телефонный справочник, стал листать его, обнаружил, что рядом нет очков, выругался, обернулся к истекающей кровью жене, и я подумала, что он сейчас потеряет сознание.

Я вошла в комнату. Казалось, это его совсем не удивило.

— Скорее, вызовите врача, — произнес он и бессильно рухнул на стул.

Я прикурила для него сигарету и сунула ему в руку стакан.

— Теперь я обо всем позабочусь, — сказала я как можно спокойнее.

Он посмотрел на меня с пустым выражением на лице, как будто не слыша моих слов.

«Шок», — подумала я. Женщина лежала без дыхания, лицо ее покрылось мертвенной бледностью. Как при замедленной съемке крупным планом я рассматривала ее ожерелье из кораллов, серебра и перламутра, выделявшееся на пропитанной кровью блестящей ткани, которая еще недавно была зеленой.

— Ваша жена мертва, — сказала я. Он издал громкий стон.

— Полиция, — с трудом выговорил он и показал рукой со стаканом в сторону телефона.

Я пошла к аппарату, но вдруг подумала: «Ты не можешь этого сделать, его признают виновным — теперь, когда мы только познакомились. Он угодит в тюрьму на долгие годы!»

— Нужно поступить по-другому, — сказала я. — За убийство вас посадят на всю жизнь. Это должно выглядеть хотя бы как непреднамеренное убийство.

Он беспомощно посмотрел на меня, и вдруг его стало тошнить.

— У вас в доме есть водка? — спросила я, потому что не раз читала, что убийство в состоянии алкогольного опьянения не считается запланированным и преднамеренным.